РЕПОРТЕР

Неприятная работа
Во всех отношениях

Соня СУДЕНКОВА

     Спросите любого: 03 – это чей телефон? Я уверена, что даже ребенок вам без запинки ответит, что это номер скорой помощи. Ведь именно от людей этой службы зачастую зависит не только дальнейшее здоровье, но и жизнь человека… А сколько на них нареканий: и опаздывают, и неправильно столь необходимую помощь оказывают… Я не выступаю адвокатом, я просто хотела бы рассказать, что видела и слышала сама непосредственно на станции.

     Дабы не облегчать себе задачу по изучению работы и усложнить побег, я решила напроситься на ночную смену. Но, как известно, человек предполагает, а Господь располагает. На пути осуществления задуманного встала буква закона. В данном случае уголовная статья за разглашение врачебной тайны. То есть мне нельзя было с врачами выезжать на вызов. А провести ночь на станции с реальной возможностью остаться без собеседников (бывают смены, когда бригада не заезжает на станцию, а так и ездит с вызова на вызов) - перспектива не из приятных. Поэтому мы пойдем другим путем: на ССМП на Захарова, 52а я направилась утром. Та-а-ак, сначала в кабинет главврача за информацией и разрешением побродить по станции и поговорить с людьми. Следующие несколько часов я провела, переходя от одного собеседника к другому (и это не потому, что я так задумала, просто разговор регулярно прерывался оживающим селектором или телефоном, и, выслушав сообщение, врач и вместе с ним еще один-два человека буквально испарялись – вызов).
     Но обо всем по порядку.

     УСЛОВИЯ. В общем-то, все неплохо: в каждой комнате стоят мягкие уголки (в креслах можно сидеть, на диваны прилечь), имеются столы для бумаг, для «перекусить» и даже для домино. Комнаты светлые и теплые (правда, уже март). Но есть одна загвоздка. Ремонт. Страшен в собственной квартире, когда стремишься его закончить, а ему конца края не видно. А в госучреждении это подобно кошмару. Короче, уже в начале второго часа моя голова раскалывалась от запаха краски. А ведь смена длится 12 часов. Конечно, люди не все время здесь находятся, но все же… В автопарке машины в основном российского производства (в Беларуси еще не делают специализированных). В одну из них я и забралась, попутно сплевывая через плечо (не дай Бог очутиться внутри при других обстоятельствах).

     БРИГАДА. Они изначально разделяются на специализированные (реанимационная, неврологическая, кардиологическая, урологическая, психиатрическая, травматологическая, педиатрическая, интенсивной терапии) и линейные. Кого обслуживают первые - явствует из их названий. ну а вторые - всех остальных или работают, когда первые заняты. В спецбригадах 1 врач и 2 фельдшера. в линейных - врач и фельдшер. Ну и, конечно же, у каждой бригады есть шофер-санитар. Что интересно: в большинстве линейных бригад только женщины. Поэтому студент (именно студент, а не студентка), пришедший на практику, воспринимается как дар божий. Потому как носилки и так тяжелые, а уж с пациентом…

     СМЕНА. В принципе, работать должны в две смены, недавно даже закон вышел по этому поводу. Только вот врачей не хватает. Работа не из приятных, да и не из легких. Ну и, конечно, материальный аспект. Чистый оклад небольшой. Как сказал Розенбаум или кто-то из других ныне известных людей, а в прошлом врачей скорой помощи: «Если доктор будет работать на одну получку, то ему есть нечего, а если на две – то некогда». Кстати, о еде. Как таковых перерывов на завтрак-обед-ужин нет. И столовой тоже. Так что еду нужно носить с собой и кушать холодной. Нет, конечно, суп разогреть можно. Кипятильником. И чай сделать. Опять же, если время будет.

     КЛИЕНТЫ. Люди, которым нужна помощь немедленно. При этом они не всегда это понимают, и тогда доктор еще и оратором становиться. «Да, госпитализация необходима. Нет, дома остаться нельзя», - такие слова на обезумевшего от боли человека действуют не всегда.

     Плюс ведь и больной не всегда вызывает симпатию. Например, после закрытия вытрезвителей все их бывшие клиенты перекочевали к скорой помощи. Сами понимаете - не самый приятный и послушный контингент.

     Но зато бывают и приятные моменты. Не все еще разучились помнить добро. Поэтому и письма с благодарностью приходят, да и просто звонят… Или еще прозаичней. Перед уходом меня угостили печеньем, и на мой отказ был железный аргумент: «Это угощение с вызова». Ничего, вкусненькое.

     Не получилась у меня большая злободневная статья с обозрением проблем отрасли, с именами больных и врачей, их историями… А зачем? разве вы поинтересуетесь у человека в белом халате: «Как жизнь? Как семья? Как давно вы спали?» Ведь нет. Это же просто человек, спасающий вам жизнь...

Разверзнувшиеся небеса

Владимир ВОЛЧКОВ

     Просторный актовый зал. По сцене прогуливается оратор. Он упитан, с вылизанной слащавой внешностью, напоминающей кота после сытого обеда. Из динамиков льется песня про любовь к Богу. Постепенно нотки в голосе становятся более напряженными. Господь, по плану, должен войти в присутствующих. Продолжая свое дефиле по сцене, пастор несильно толкает в грудь одну из женщин. Та падает и начинает биться в конвульсиях на полу. У нее соединение с господом состоялось. Служба тем временем продолжается. Святой дух одного за другим охватывает прихожан. Вскоре уже многие из присутствующих бьются в «священном» экстазе: мужчины, женщины, пожилые и дети. Сцена достойна внимания психиатра…

     Таков финальный аккорд мессы одной из украинских пятидесятнических общин. Службу засняли на видеопленку: собирались показывать фильм в пропагандистских целях по телевидению. Но потом даже руководители пятидесятнического движения сочли, что для массового зрителя такие зрелища – это слишком. Непосвященные могут неправильно понять. Поэтому «идеологическую» видеокассету положили на полку до лучших времен. Удивительно, что такие сектантские служилища происходят в Украине – исконном столпе православия.

     В Беларуси тоже есть множество пятидесятнических общин. Причем немалое количество из них не зарегистрированы и действуют фактически нелегально. Сколько их всего проповедует по республике – сказать сложно. Но на своих съездах христиане полного Евангелия оперируют цифрой около восьмисот групп своих приспешников.

     Дело в том, что данный осколок христианства со странными наклонностями не имеет общего учения. Один из немногих аксиомных постулатов в этой секте – сошествие святого духа в человека. Тогда люди могут впадать в транс и глаголить устами самого Господа. Ну а уж каждому пастору их «всевышний» разное нашептывает. Поэтому и порядки в разных общинах колеблются от мирного сосуществования рядом с другими членами общества до радикальных выпадов в сторону «неверных». Вплоть до применения грубой физической силы. но есть еще один основополагающий постулат этого неопротестантского верования – жертвенность. Десятина тут обязательна. Плюс многочисленные сборы на строительство храмов, помощь бедным приходам и нуждающимся братьям, просто пожертвования… Недаром же создатель другой мировой религии - сайентологии- Рон Хаббард в свое время заметил: «Самый быстрый способ разбогатеть – это создать свою религию».

     Наталья Борозна и ее сын Руслан сейчас скитаются по знакомым. Работы никакой нет. Перебиваются чем Бог послал. Одно время даже стояли с протянутой рукой возле столичного собора Петра и Павла на улице Немига. Начались же их крупные финансовые сложности после длительного пребывания в одной из столичных пятидесятнических приходов. Восемь лет назад Наталью туда привела подруга. Женщину тогда привлекло доброе отношение членов общины друг к другу, дух взаимовыручки. Наталья постепенно втянулась в религиозную жизнь, привела туда сына. Активно участвовала и в пожертвованиях. Сначала снесла в церковь свои нехитрые сбережения. Потом в пятидесятнической казне исчезли и немецкие марки. Их Борозна получила из-за границы в качестве компенсации за умершую мать: она была узником немецкого концлагеря во время Великой Отечественной войны. В общине щедрую Наталью зауважали. Обещали даже отправить жить за границу – в США или Австралию по какой-то эмиграционной программе. От такого счастья Наталья совсем обезумела. Она продала квартиру, обстановку. Вместе с сыном переселилась к знакомым. Естественно, и эти деньги - около восемнадцати тысяч долларов - исчезли в бездонных карманах пятидесятников.

     Понятное дело, что устраивать жизнь Натальи и ее сына никто не спешил. А тем более устраивать их в благополучных странах. Вместо заокеанских Америки и Австралии предложили им отправиться в Россию, в Сибирь. Наталья отказалась, напомнила об обещании, но ей попросту предложили выйти из церкви. Зачем там скандалистка нужна? Тем более без денег – взять у матери и сына было уже совсем нечего. Им теперь, по сути дела, придется начинать жизнь заново. Их нервозность бьет в глаза с первого взгляда. Борозны даже умудрились довести до белого каления врачей психиатрической клиники в Новинках, где они проходили курс лечения. Правда, до полного исцеления им еще далеко.

     - Руководители различных неорелигиозных течений далеко не глупые люди, - объясняет Екатерина Агеенкова- психолог, член экспертного совета при Госкомитете по делам религий и национальностей при Совмине. - некоторые положения в современной психологии начали разрабатывать именно они. Не являются исключением и пятидесятники. Вхождение «святого духа» в человека на их богослужениях – это не что иное, как введение в транс. Пастор грамотно управляет толпой и способен манипулировать ею как угодно.

     Выйти из пятидесятнической общины - дело непростое. Они во многом подчиняют все интересы своих адептов служению церкви. Кроме общих молений, есть еще домашние группы по месту жительства. Как правило, это десять-двенадцать простых смертных и руководитель из числа закаленных в вере. Собрания проходят чуть ли не ежедневно на частных квартирах. Очень быстро прихожане в такой «церковной» ячейке сливаются в одно целое, теряют индивидуальность, связи с внешним миром. Все, кроме «церкви», перестает для них существовать, все, что стоит вне ее, приобретает злые облики «неверности». Один из молодых пятидесятников в своем фанатизме избивал родителей. Они не приветствовали его Бога. В Белорусскую Православную церковь каждую неделю обращаются родственники, чьи родные попали к пятидесятникам. И в большинстве случаев вырвать из секты их членов семьи не удается. Ходили слухи, что несколько лет назад дочь одного из высокопоставленных чиновников нашего Совета безопасности попала в секту. И папа, обладающий огромными полномочиями и связями, не смог вытащить ребенка из этой духовной ямы.

     Почему такие религиозные течения совершенно официально существуют и процветают в республике без всяких поползновений на критику со стороны властей? Беларусь всегда славилась религиозной терпимостью, но в начале девяностых этот исторический принцип переступил грань разумного. Закон «О свободе вероисповеданий и религиозных организациях» в редакции 1992 года дал конфессиям фактически неограниченную свободу, а вот об ответственности «мессий» как-то упомянули вскользь. Чтобы зарегистрировать религиозную организацию требовалось всего ничего: десять человек верующих, религиозная литература и священник из местных. Зато чтобы закрыть распоясавшуюся секту необходимо уже ни много ни мало, а решение суда. Причем привлечь к ответственности «святителей» далеко не просто. Пожалуй, проблем не возникает только после проявления сектантами крайнего экстремизма, подобно акции «Аум Сенрике» в токийском метро. Но пока гром не грянет, «креститься» наше законодательство до недавних пор не позволяло.

     Лишить регистрации общину можно было только теоретически. Например, за проповедование культа войны и насилия. Но только идиот будет заявлять об этом открыто с пасторской кафедры. Остальные причины еще менее конкретны: «если религиозное учение мешает исполнять семейный и гражданский долг». Что это за обязанности – одному богу известно. А юридическая наука требует четкости в терминологии.

     Вред психическому здоровью тоже слабодоказуем. Существуют сотни причин, по которым человек может тронуться. Ведь официальной религиоведческой экспертизы в Беларуси нет. Еще не было ни одного судебного разбирательства о лишении регистрации религиозной организации. Кстати, Борозны тоже при помощи закона не смогли отстоять свои интересы. В прокуратуре их заявление не приняли. Состава уголовного преступления как такового нет. Деньги отдали добровольно, причем большую часть – без свидетелей. Документов тоже никаких. И потом это же были добровольные пожертвования. Причем тут вымогательство или мошенничество? Наталье и Руслану посоветовали подать гражданский иск. Да вот только надежды на выигрыш процесса у них тоже мало. А чтобы предъявить претензии на возмещение морального и материального ущерба им необходимо внести в кассу десять процентов от суммы иска. Откуда у нищих Борозн полторы-две тысячи долларов возьмется?..

     Как ни крути - полный «небесный беспредел». И в такой ситуации кажутся тем более странными заявления некоторых общественных и политических деятелей, которые новую редакцию закона «О свободе вероисповеданий и религиозных организациях» окрестили антипротестантской. Ничего подобного. Просто в этот законопроект внесли больше конкретики и ответственности конфессий перед законом. Теперь Госкомитет по делам религий и национальностей имеет право приостанавливать деятельность религиозных организаций вплоть до решения суда. Экспертный совет получил государственный статус. Теперь его заключения будут основополагающими при разрешении любых споров. Как мнение судмедэкспертов - при разборе уголовных дел. Такой призыв закона к порядку – никакое не засилье. В той же Франции суд Парижа запросто поднял вопрос о закрытии местного отделения Церкви Сайентологов, обвинив его руководство в мошенничестве. И никто же не говорит о возрождении инквизиции на берегах Сены...