О чем звонит колокол?
Оксана ЯНОВСКАЯ,
фото Максима Шумилина
"Когда в праздничный день или вечером накануне праздника зазвонят в колокола на пятидесяти двух ярославских церквах, то звон этот несется далеко-далеко по Волге, и прежде, - когда тишины Волги не нарушали еще непрерывные свистки пароходов, - звон ярославских церквей слышен был почти за сорок верст".
«Легенда о Серебряном колоколе».
Трудная история
Раньше на Руси звонить в колокола умел любой мальчишка. Считалось это делом благородным, а, главное, богоугодным. Так и учились, передавая опыт звонарского мастерства от поколения к поколению. Босоногая ребятня и взрослые мужчины на Светлую Седмицу спешили как можно быстрее забраться на колокольню. Хорошим звонарем гордились не меньше чем хорошей церковью, приходили слушать издалека, из чужих деревень. Все изменила революция...
Всего лишь за несколько десятилетий активной борьбы с традициями и "царским укладом" были уничтожены десятки тысяч храмов по всей России. Вместе с ними на долгие годы исчезло и искусство колокольного звона. Сам звон был запрещен в течение полувека. Беларусь в этой коммунистической вакханалии, пожалуй, пострадала больше всех остальных республик. Сохранившиеся церкви здесь можно пересчитать по пальцам. А колокольный звон для нас сегодня является скорее диковинкой, нежели знакомым церковным ритуалом.
Возобновление традиций колокольного звона началось в 70-х годах прошлого века, когда огромная страна стала потихоньку освобождаться от революционного сознания. Восстанавливать все пришлось практически из небытия. Звонари, бывшие до революции еще мальчишками, по крупицам, руководствуясь собственными воспоминаниями, возрождали забытое искусство.
Растим таланты
В Беларуси возрождение канонического православного звона началось сравнительно недавно. Первый выпуск школы звонарей, открытой Минским епархиальным управлением при храме в честь иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость", состоялся 27 июня 2000 года. Открыть школу помогли прихожане храма, а также общество с ограниченной ответственностью "Отменное литье", которое занимается непосредственно изготовлением колоколов. Обучение на звонаря в школе длится около четырех месяцев, в течение которых студент кроме практических занятий проходит ряд теологических предметов, сольфеджио, церковно-славянский язык. Учиться наравне могут как парни, так и девушки. По словам нынешнего директора школы Богдана, требования строгие: кроме знаний необходимо быть истинно религиозным человеком. Православный церковный звон не отделим от церкви, светским он не бывает. Поэтому человеку, решившемуся стать звонарем, заранее стоит готовить себя к церковной жизни. Отступления караются довольно строго. Так, из 10 выпускников этого года двое не прошли заключительные экзамены, и отнюдь не по причине плохого музыкального образования.
Хотя наборы в белорусскую школу звонарей кажутся небольшими, люди постоянно идут сюда учиться. Это и уже действующие звонари, желающие повысить уровень своего мастерства, и новички. Объединяет их всех абсолютная увлеченность выбранным делом. К сожалению, в стране существует не так много церквей, где есть хорошие звонницы. О десятке колоколов наши ребята даже и не мечтают. Восстановление звонниц - занятие довольно дорогое. К примеру, килограмм колокольной бронзы стоит приблизительно 10 долларов. Соответственно, небольшой, по российским меркам, сто килограммовый колокол обходится в тысячу долларов. Для Беларуси подобные колокола - это уже роскошь. Вместе с тем, предприятие "Отменное литье" изготавливает сегодня колокола весом от 2 до 1.000 килограммов, и это далеко не предел литейных возможностей (ростовский колокол Сысой Великий весит около 2.000 пудов или 32 тонны). Только вот заказов крупнее пока что не было.
Однако наши звонари "гигантоманией" не страдают, предпочитая возрождать традиции с малого. Богдан рассказал историю о том, как недавно в одном брестском храме послушница устроила звон с помощью килограммового колокола и совсем крохотных колокольчиков, не приспособленных даже для звона. Старания девушки были замечены верховным духовенством. Спустя несколько дней церкви было подарено 6 настоящих колоколов, вес одного из которых составлял 110 килограммов.
Свои традиции
Русский православный звон, которому обучают в школе звонарей, значительно отличается от колокольных звонов других конфессий. Это поистине уникальная традиция, имеющая под собой более чем тысячелетнюю историю. Если звоны Западной Европы содержат мелодические и гармонические основы (карельон-колокольный орган), то в русских звонах это практически отсутствует.
В основе православного звона лежит ритм и характер. Звонарь, благодаря внутреннему чутью, чувству ритма, прекрасному знанию звукоряда и владению техникой исполнения, на основе Устава, молитвы и личного мировоззрения, может через колокольный звон передать радость и спокойствие, глубокую скорбь и торжество духовного содержания церковного богослужения.
Повседневно на Руси церковный звон употреблялся для того, чтобы созывать верующих к богослужению, выражать торжество церкви и ее богослужений, возвещать не присутствующим в храме о времени совершения особо важных частей богослужений. Вместе с тем, православный звон служил не только для целей богослужения, но и являлся выражением радости, грусти и торжества народа. Отсюда и появились различные виды колокольного звона. В православной церкви различают 4 канонических звона: благовест, перебор, перезвон и трезвон.
Любопытно, что первоначально, до появления колоколов на Руси, более общий способ созыва верующих к богослужению определился к VI веку, когда в этих целях стали употреблять била и клепала. Била - это деревянные доски, а клепала- железные или медные полосы, согнутые в полукруг, по которым ударяли специальными деревянными палками, и только в конце X века появились колокола.
Кто как умеет
Сегодня в христианском мире существуют три разновидности колокольного звона, каждая из которых предъявляет свои требования и к колоколам. Как уже упоминалось, в основе православного звона лежит ритм с присущей ему динамикой и взаимодействием тембров. Поэтому в колоколах ценятся прежде всего благозвучие и богатство тембров, которые достигаются грамотным подбором колоколов и мастерством исполнителя. Количество колоколов в звоннице обычно от 5 до 12. Звон осуществляется раскачкой языка, что позволяет одному человеку управляться сразу с несколькими колоколами. Этот способ звона на Руси появился только в XV-XVI веке. Прежде в ходу был "очепной" способ звона: раскачивались не языки, а сами колокола, подвешенные на специальных подвижных балках. Естественно, что для раскачки больших колоколов порой требовалось сложить усилия двух, а то и трех человек. Можно себе лишь представить, как нужно "попотеть", чтобы раскачать колокол весом хотя бы в тонну.
На католических звонницах больших колоколов из-за того и не бывает, что там до сих пор сохранился "очепной" способ звона. Если раскачать таким способом тяжелый колокол, то может рухнуть вся колокольня. В основе католического звона лежат одиночные или двойные удары облегченного языка о качающийся или вращающийся колокол, который обычно оснащен противовесом с тем, чтобы центр тяжести проходил через ось вращения. Количество колоколов в звоннице обычно от 2 до 6. По традиции, колокола подбираются или отливаются под определенный основной тон с ограниченным количеством обертонов. Отсюда звон сам по себе не так богат и зависит от количества колоколов, а также амплитуды их качания или скорости вращения, поэтому квалификация звонаря особого значения не имеет.
Кроме обычного католического звона на западе возникла так называемая карильонная музыка, в основе которой лежит исполнение звонарем мелодий по нотам с использованием набора колоколов, составляющих звукоряд в 2-5 полных октав. Звон, как правило, осуществляется клавишным устройством (напоминающим клавиатуру органа). Оно приводит в движение языки или молотки колоколов через механические тяги или электромагнитные приводы. Колокола обычно подтачивают точно в ноту, при этом стараются убрать лишние обертона и сократить время его звучания до 4-5 секунд, иначе это будет мешать исполнению мелодии. Если карильон оснастить автоматическим программным управлением в виде барабана или электромагнитного устройства, то он превращается в куранты.
Погоны – в дипломе, «звезды» – в магазине
Андрей КОЖЕМЯКИН
Солдаты белорусской армии соответствуют статусу военных иногда больше самих офицеров. Последним даже военную присягу приходится принимать в штатском.
Событие
Ранним утром 13 июля по улицам столицы сновали небольшие сугубо мужские (за некоторым исключением) тусовки, облаченные, словно сговорившись, в единую униформу – пиджаки, брюки, рубашки, галстуки, туфли. Человеку несведущему было сложно найти причину этой «одежной» солидарности. Лишь проследив за процессом течения мужских потоков и определив место их общего слияния можно было почувствовать привкус Вооруженных Сил Беларуси. А позже и узнать, чего в военной части забыли выпускники военной кафедры БГУ. Последние всего лишь пришли на собственную «свадьбу», чтобы принятием военной присяги официально скрепить себя узами брака с Родиной. Сама процедура принятия военной присяги наталкивала на некоторое сравнение с женитьбой. «Молодожены» при свидетелях произносили обязательную клятву, а ответом на не задаваемый, а предполагаемый вопрос: «Согласны ли вы взять в жены такую-то и такую-то?», стала фраза: «Служу Республике Беларусь!»
Парадокс
Присягу-то студенты БГУ приняли, но официально лейтенантами пока не стали. Приказа такого еще не было. И лейтенантские погоны новоиспеченные офицеры получат только через год, во время вручения дипломов об окончании вуза. Причем, по заявлениям почти лейтенантов, «звездочки» им придется покупать самим.
Фраза
Еще до начала торжественной церемонии кто-то из зрительской когорты, потеряв терпение, не выдержал: «Ну когда же начнется это костюмированное шоу?» Неслучайность произнесения последних двух слов очевидна. Еще до мероприятия выпускники получили приказ начальства явиться на присягу в белых рубашках и черных костюмах. Но из-за невозможности выполнить сие распоряжение, в окончательный вариант формы внесли изменения – черные или темные костюмы. Короче, курсантские ряды были более чем разноцветными. Черно-сине-зелено-серые. В некоторых случаях еще и белые в клеточку.
Загадка
Во время мероприятия журналистское любопытство заставило пуститься на поиски причин, по которым курсантам (или студентам) не выдали военную форму, заставив в штатском принимать военную присягу. По одной версии, проблема не в отсутствии офицерского обмундирования (его хватает), а в том, как эту форму потом вернуть обратно. Уже были эксперименты с принятием военной присяги в офицерском обмундировании. Которое потом студенты (или по забывчивости, или по нежеланию) не возвращали. Или даже умудрялись забывать в автобусах. По другой версии, нет смысла на один день выдавать форму. И так нормально. И незачем лишний раз напрягать военную комендатуру. Ведь после присяги наступает обязательная процедура обмывания еще неполученных лейтенантских «звездочек». И представители комендатуры увидев нетрезвого лейтенанта не станут долго разбираться, что пойманный офицер больше гражданское лицо, нежели военное. Офицер? В нетрезвом виде? Тогда пожалуйте к нам. За последние несколько лет лишь один раз выпускники военной кафедры БГУ получили в свое распоряжение офицерское обмундирование. Когда принимал присягу Виктор Лукашенко. Тогда, кстати, комендатуру предупредили о намечающемся мероприятии. Чтобы дать лейтенантам насладиться праздником и освободить их от разборок с комендатурой.
Цифры
Всего 13 июля присягу приняли 483 выпускника военной кафедры. Из них 409 сделали это в Минске. Остальные – в Борисове и Фаниполе.
Шерше ля фам
Я совсем забыл, что принятие присяги не было исключительно патриархатной фишкой. В мужской коллектив вклинились три девушки. И внесли «ноу-хау» в мероприятие не только своим видом (девушка с оружием в руках неплохо смотрится), но и походкой на толстых каблуках строевым шагом.
Кадр
Во время присяги автоматами были снабжены только одна и кое-где две шеренги курсантских взводов. Принявшие присягу становились в строй и без дополнительной команды сразу передавали оружие обделенным. Короче, таким конвейерским способом удалось вооружить всех. Пусть на время. Это напомнило один анекдот. Студенческая столовая. Возмущенный крик: «Кто купил суп с мясной косточкой?» - «Ну я». – «Пососали – отдавайте другим. Вы здесь не один».
Последствия
Как заверил меня один из офицеров, новоиспеченные лейтенанты после окончания вуза автоматически станут офицерами запаса. Армия грозить им не будет. И еще. В БГУ открылся военный факультет, на базе которого теперь и будет существовать военная кафедра. В будущем помимо лейтенантов в БГУ планируется наладить выпуск сержантов.
|
