№31 (311) 1 - 7 августа 2003 года

ЧЕЛОВЕК-МОЛОТОК

      С 30 на 31 августа 1935 года за 5 часов 45 минут шахтер добыл 102 тонны угля, что составляло 14 среднесуточных норм, и тотчас был объявлен героем. На Стаханова хлынул золотой дождь. Сталин принимал передовика в Кремле, отправил учиться в Промакадемию и лично проверял его конспекты. Но слава оказалась недолговечной. Запустив в экономику стахановское движение, власть уже не нуждалась в самом Стаханове. Важнее было его имя, его образ. О трудовом подвиге Стаханова знают все. О том, как далось ему испытание «славой» и «заботой», как сложилась его личная жизнь, как и чем жил, оказавшись не у дел, - кроме его близких, не знает никто. - Приезжайте, - после минуты раздумья говорит мне по телефону Виолетта Алексеевна Стаханова, дочь легендарного шахтера. – Неизвестно, сколько мне еще Богом отпущено… Всей правды об отце вам потом никто не расскажет.

      "Я ВЕРНУСЬ НА БЕЛОМ КОНЕ"
     - Папа был малограмотный, лишь три зимы учился в церковно-приходской школе. Все детство и юность ему пришлось батрачить: наниматься в крестьянские хозяйства пахать землю, сторожить сад, пасти скот… Нередко обедом отцу и двум его сестрам служила лебеда и смола, собранная с вишен! На Донбасс он подался, спасаясь от голода. На прощание пообещал сестренкам, Ольге и Полине: «Вернусь на белом коне».

     Алексей Григорьевич рассказывал родным: «С трудом добрался до Луганщины, снял угол в Кадиевке и пошел наниматься на шахту «Центральная-Ирмино». Городские бабы как увидели – давай смеяться: на мне были полотняные штаны и лапти».

     Сначала будущий герой труда работал тормозным: следил за тем, чтобы вагонетки с углем, которые тащили по рельсам лошади, не катились вниз. Затем – коногоном: сам вывозил на лошадях из шахты уголь.

     Знаменитый стахановский рекорд родился по инициативе парторга шахты Константина Петрова.

     - Почему на роль передовика-героя был выбран именно Алексей?

     - Спустя годы я спросила об этом Константина Петрова. Они с начальником участка Машуровым приглядывались к нескольким шахтерам. Один был человеком в возрасте, другой – хорошо работал, но так же хорошо и выпивал, третий был недостаточно приятным в быту, четвертый – политически неграмотным… Идеально подошли по всем параметрам отец и Мирон Дюканов. Оба были инициативными, молодыми, статными, с подходящей биографией: русские, из крестьян. К тому же оба прошли все рабочие шахтерские ступеньки: от тормозного до забойщика.

     В выходной день, 30 августа, в 10 часов вечера горняки спустились в шахту. Внизу их уже поджидали начальник участка и редактор шахтной многотиражки. Стаханов в одиночку рубил уголь отбойным молотком, который в те годы казался чудом технического прогресса. За ним, чтобы избежать обвала, укрепляли сосновыми бревнами свод шахты двое рабочих-крепильщиков. Парторг Петров самолично подсвечивал лампой забой. Внизу, на штреке, дежурили коногоны, которые, по воспоминаниям очевидцев, получили авансом по бутылке горилки. За смену – 5 часов 45 минут – Алексей выдал 102 тонны угля при норме 7 тонн.

     - Отец никогда не скрывал, что в лаве в ночь с 30 на 31 августа с ним находились крепильщики Тихон Борисенко и Гаврила Щеголев, - говорит Виолетта Алексеевна. – Я считаю, что просто впервые применили разумную организацию труда. Отец – великий труженик – достоин был стать этим героем-передовиком. У него кулак был – что голова. При росте 185 см он весил 105 кг. При этом был худой и жилистый.

     В шесть часов утра 31 августа прямо на шахте прошел пленум партийного комитета, который постановил: занести имя Стаханова на Доску почета лучших людей шахты; выдать ему премию в размере месячного оклада; к 3 сентября предоставить квартиру, установить в ней телефон; просить рудоуправление за счет шахты оборудовать квартиру всем необходимым и мягкой мебелью; с 1 сентября выделить в клубе два именных места Стаханову с женой на все киносеансы и спектакли.

     Рекорд был побит быстро: 4 сентября Мирон Дюканов нарубил за смену 115 тонн, а 19 сентября сам Стаханов – уже 227 тонн. И все же всесоюзное движение рекордсменов назвали стахановским.

     - Создание культа стахановцев не возмущало остальных?

     - Хватало и завистников, и саботажников. Тем более что вскоре на всех шахтах были увеличены действующие нормы выработки. При этом зарплата шахтеров осталась прежней.

     Но на Алексея Григорьевича продолжал литься золотой дождь. Исполнилась его заветная мечта: за установленный рекорд ему выделили бричку с кучером. Белого коня не нашлось – подобрали серого в яблоках. Стаханов назвал любимца Букетом.

     У Алексея Григорьевича появились деньги – получал он до 1.600 рублей – и всевозможные льготы. В 1936 году Стаханова приняли в партию без прохождения кандидатского стажа. Но талантом трибуна жизнь Алексея Григорьевича не наградила… Родные вспоминали, что каждый раз, когда ему предстояло «держать речь», он покрывался холодным потом, потому что знал о своем косноязычии.

      ЖЕНОЙ СТАХАНОВА СТАЛА ШКОЛЬНИЦА
     После очередного митинга, организованного в честь Стаханова, первый секретарь Сталинского обкома Саркисов рассказывал писателю Александру Авдеенко: «Балует Алексей Григорьевич… От семьи отбился. Любовь закрутил с девчонкой-десятиклассницей… В Москве он с дружками, Митей Концедаловым и другими, крепко выпил, ввязался в драку. С него содрали пиджак с орденом Ленина, с партбилетом. Ну и что? Выдали новый партбилет, походатайствовали о выдаче дубликата ордена». Саркисов сообщил, что даже «до товарища Сталина дошли слухи о загулах Стаханова. И знаете, что товарищ Сталин велел передать от своего имени Алексею Григорьевичу?.. «Скажите этому добру молодцу, что ему придется, если не прекратит загулы, поменять знаменитую фамилию на более скромную».

     - Перед отцом часто с концертами выступали школьники, - рассказывает Виолетта Алексеевна. – На одном из таких слетов и заприметил мою маму – Галю Бондаренко. А было ей в ту пору 14 лет. Со сцены мама пела песню «Соловей мой, соловей», а голос у нее был просто пленительный.

     Стаханов сидел в зале с охранниками и вдруг спросил: «Чья же это девушка?» А мой дед, который возглавлял тогда музыкальную школу, говорит: «Это моя дочь». Надо сказать, что мама была уже оформившейся, как говорится, кровь с молоком. Когда Стаханов узнал, что она учится в восьмом классе, сильно приуныл. Ему-то было уже тридцать. Но дед подсобил… Понимая, что дочь будет жить у Стаханова как у Христа за пазухой, он поспособствовал, чтобы «кровинушке» приписали в свидетельстве о рождении два года.

     - Галине нравился Алексей?

     - Все решили за нее. Что она могла?.. У мамы не было даже туфель - только валенки. Чтобы прокормиться, она поденно стирала.

     - С первой женой Стаханова ей свидеться довелось?

     - Цыганка Дуся никогда не была его официальной женой. Отец познакомился с ней в шахтерской столовой, где она была подавальщицей. Одно про нее можно точно сказать: была Евдокия красавица, но очень дерзкая и необразованная. Когда отец стал передовиком, она вцепилась в него мертвой хваткой, но хватило ее ненадолго… Прожили они вместе пять лет. Дуся родила дочку Клаву и сына Витю, а потом в ней взыграла цыганская кровь. Она бросила отца и детей и подалась странствовать.

     А когда мама приехала в Донбасс, у Евдокии началась любовь с каким-то милиционером. Вскоре она умерла от заражения крови после подпольного аборта. Маме пришлось воспитывать Клаву и Виктора. Она рассказывала: когда первый раз пришла в квартиру Стаханова, поразилась, насколько она была запущенной. Клава, сидящая в грязных штанах в уголке, посмотрела исподлобья и выдала: «Уходи, девка!..»

      СТАЛИН ПРОЧИЛ СТАХАНОВА В НАРКОМЫ
     В 1936 году Стаханова послали учиться в Промакадемию в Москву. На следующий год он стал депутатом Верховного Совета СССР. В жизни Стаханова начался столичный период.

     - Говорят, что Сталин любил его как сына.

     - Да, во время войны он вернул отца из Средней Азии – с шахты в Караганде – в Москву. Мама вспоминала, как на банкете отец, здороваясь со Сталиным, подал ему руку, а тот, кивая на маму, ответил: «А по-моему, сначала надо женщину представить». Мама подошла, поздоровалась с вождем. Сталин тут же выдал: «Жена будущего наркома». У отца задрожали колени… Ему совершенно не нужна была эта должность. В Министерстве угольной промышленности открыли наградной сектор, который отец и возглавил. Надо сказать, папа боготворил Орджоникидзе, а Сталина – боялся.

     - Об алкогольных подвигах Стаханова ходит много баек. Очевидцы вспоминали, как Алексей Григорьевич с дружками-собутыльниками били зеркала в ресторане «Метрополь»…

     - А кто не бил зеркала в «Метрополе»?! Он в этом ресторане еще и рыбок в бассейне ловил, и до сих пор многие ловят – уж больно красивые!.. А вообще отец если куролесил – так на даче в выходные. Обычно он покупал четвертинку, выпивал и принимался стрелять ворон из именного пистолета, который ему подарил Орджоникидзе. А на работу в министерство отец всегда приходил к 9 часам утра – трезвый и опрятный.

     - Любил ли Алексей Григорьевич читать, ходить в театр, кино?

     - Отец предпочитал исторические повести и романы, но не мог одолеть ни Чехова, ни Горького. Листая труды классиков, но просто засыпал. Музыку отец любил легкую. Он всегда интересовался, на какой концерт присланы пригласительные: если из Театра эстрады или оперетты – шел охотно. Больше всего любил спектакли с участием его любимых артистов Дуси Лебедевой и Ярона. А вот в Большой театр ходил только по принуждению – если там присутствовал Сталин.

     - Говорят, из окна машины Стаханова вместо собаки выглядывал поросенок.

     - Было дело, - улыбается Виолетта Алексеевна. - В отце была сильна деревенская закваска. Что только не росло у нас на грядках в огороде! Все приходили любоваться. А поросенка мы везли на машине в Москву из отцовской родной деревни в Орловской области. Отец сказал: «Я его буду воспитывать». Посадили его сзади – а это был уже не крошечный «пятачок», а подросший хряк. Васька у нас выглядывал из окошка машины. Отец ему махоркой вывел блох и построил для него на даче огромный загон. Когда Васька вырос, резать его рука не поднялась – папа отдал его кому-то из знакомых.

     - Алексей Григорьевич был хорошим отцом?

     - Больше всего он любил младших дочек – меня и Аллу, а вот Клаву недолюбливал, потому что она была очень похожа на первую жену. Сестра часто дерзила взрослым. Помню, когда она принесла из школы дневник с шестью двойками, отец решил ее наказать, так Клава встала в позу, закричала: «Бей, бей!» - и пошла на него «цыганочкой».

      ГЕРОЯ-ПЕРЕДОВИКА СЛОМАЛА ДОНЕЦКАЯ ССЫЛКА
     Стаханов долго царствовал в столице. В 1957 году он уехал из столицы в Донбасс. По словам его дочери, Алексея Григорьевича просто сослали. После смерти Сталина Стаханов очень болезненно воспринимал критику в его адрес. В результате у него начались постоянные стычки с Хрущевым. Получалось, что слово знаменитого шахтера было веским, к его мнению прислушивались. Накануне Дня шахтера в министерство присылали списки для награждения, где в основном были начальники участков и шахт. Стаханов лично выяснял, кто лучший из забойщиков и крепильщиков, и менял в списках фамилии. В наградном отделе Алексей Григорьевич нажил себе много врагов. Как-то в пылу ссоры Хрущев крикнул ему: «Я знаю, я шахтер!» Тот взвился: «Какой ты шахтер?!» Никита Сергеевич пригрозил: если Стаханов не уедет в Донбасс – положит партийный билет на стол. Алексей Григорьевич вспылил, кинул Хрущеву на стол партбилет, а уходя, крикнул: «Я как был коммунистом в душе, так им и останусь!» Кто-то из секретариата догнал его уже на улице и отдал билет…

     Некоторое время Алексей Григорьевич проработал на скромных должностях в угольных трестах. После работы в министерстве это было для Стаханова концом всего.

     - Донецкие газеты писали, что Алексей Григорьевич скончался в психиатрической больнице.

     - Торез – небольшой городок. Отделение, где лежали больные с поражением сосудистой системы головного мозга, находилось в психбольнице. Кто-то в общей палате бросил на пол шкурку с яблока – отец поскользнулся и ударился головой об острый угол стола. Это был несчастный случай. Столь любимая им песня «А молодого коногона несут с пробитой головой…» стала символичной.

     Отец умер 4 ноября 1977 года. Его похороны, согласно христианским канонам, должны были состояться на третий день после кончины – 7-го числа. Власти поспешили организовать церемонию прощания 6-го. Прямым текстом нам было сказано: после поминок утром 8 ноября никто из шахтеров просто не выйдет на работу…

     Через год город Кадиевка, где Алексей Григорьевич установил свой рекорд, был переименован в город Стаханов. До сих пор этот населенный пункт остается единственным в мире городом, названным в честь рабочего человека.