Картуз-Береза:
аскетизм и экзотика по-французски
Светлана СУШКЕВИЧ,
фото А.Дыбовского
Картуз-Береза, или Береза Картузская, - железнодорожная станция в 250 километрах от Минска в Брестском направлении. Ничем особенно не примечательная, даже скорые поезда здесь с недавнего времени не останавливаются. Вот только название до сих пор вызывает споры ученых. Есть версия, что когда-то проходили через местечко войска Суворова, и будто бы забыл прославленный полководец на березке картуз… Вот вам и Береза-Картузская. Да только все эти события даже если и были, то случились много позже истинного расцвета белорусского местечка. И известность ему принесли не русские солдаты, а французские монахи ордена картузианцев, или в просторечии картузов.
Рождение монастыря
В середине XVII века над Европой полетела легенда о сказочном месте исцеления слепого сына князя Казимира Льва Сапеги. Правду или нет говорила молва об исцеляющих силах родников и лесов Березовщины, однако в 1648 году по приказу князя Сапеги был заложен величественный монастырь - двойник монастыря Святого Бернарда в Альпах. И с этого времени история города долгие годы была связана с ним.
К возведению картузианского монастыря были привлечены итальянские архитекторы, имена которых, к сожалению, не сохранились. После более чем сорокалетнего строительства на северо-западной окраине местечка выросло небывалое по мощи и размаху сооружение. Комплекс монастыря включал в себя каменное здание костела, группы жилых корпусов, библиотеку, трапезную, госпиталь, аптеку, хозяйственные постройки. Вместе с прилегающим к монастырю садом комплекс был обнесен крепостной каменной стеной с башнями и часовней Святого Бруно. Главным входом служила массивная брама с бойницами.
Сам Сапега рядом с костелом выстроил себе дом, куда они с семьей иногда приезжали. Однако жить постоянно в Березе Сапега не пожелал: роскошный дворец в Ружанах, через территорию которых проходил Виленский тракт, был более удобным для князя, который вел активную торговую деятельность. Меценат не дожил до счастливого момента открытия монастыря - он умер в 1656 году, так и не увидев свое грандиозное детище.
Экзотическое хозяйство:
черепахи, ананасы и розариум
Итак, с 1689 года вся жизнь в местечке подчинилась новым хозяевам - монахам-французам. Окруженный рвом с водой, монастырь хранил в себе неведомую, неразгаданную тайну. В лабиринтах галерей, в тиши аскетических келий жили люди, чуждые здешним обычаям и жизни. Обычно в обители находилось четырнадцать-шестнадцать монахов. Никто и никогда не видел отшельников, которые полностью посвятили себя посту и молитвам, отказавшись от радостей земной жизни. Даже еду им передавали через замысловатый зигзагообразный канал так, что они не видели не только лица, но и рук дающего. Устав монашеского ордена картузианцев очень строг. Именно поэтому из каждой кельи существовал отдельный выход в сад, где монахи гуляли в одиночестве, не встречаясь даже друг с другом.
Поражали в жизни монастыря не только строгие посты и молитвы, но прежде всего хозяйственная деятельность монахов, на которых работало около двух тысяч человек - жителей Березы. Нужно отметить, что французы не старались наладить каких-либо связей с местными крестьянами и ремесленниками, кроме хозяйственных. Им было достаточно того, что местечко полностью подчинялось и принадлежало монастырю. Монахи, тем не менее, очень способствовали развитию торговли в местечке: в Березе стали устраивать ярмарки.
На территории самого монастыря кипела бурная хозяйственная жизнь. Пивоварни, в которых изготавливали пиво и даже вино, правда, по сохранившимся в документах отзывам, не слишком хорошее - кислое. В мастерских было на широкую ногу поставлено производство черепицы. А в собственной мыловарне варили мыло. Монахи носили белье, сшитое своими же портными. Здесь же работали бондарь, столяр, каретник, стекольщик, кузнец, печник. На собственных мельницах работали 3 мельника с помощниками. За лошадьми ухаживали конюхи и кучеры.
В саду было выкопано два пруда. В одном из них, который назывался "ракоўня", разводили огромных раков. Дно и стенки другого были выложены мрамором, а вода туда подавалась по трубам. В этом пруду монахи разводили не кого-нибудь, а… черепах. Создав своеобразную ферму, картузианцы смогли акклиматизировать этих животных на нашей земле. Мясо черепах употребляли в пищу (монахи, кстати, очень ценили этот деликатес). Вообще, кухня, несмотря на долгие посты, была достаточно разнообразной: поваров было двое - один для приготовления постной пищи, другой - скоромной.
Но, наверное, самым экзотичным местом в монастыре была оранжерея, где выращивали мириады цветов, а также инжир и… ананасы. Необычно звучали и наказания для провинившихся младших монахов: им предписывалась обработка виноградника в специальном павильоне, работа в розариуме.
Монахи владели, кроме этого, огромным наделом земли, на них работал весь городок, естественно, монастырь богател с каждым годом. Отшельники-странники превращались в могущественных магнатов, богатейших землевладельцев, защищенных от посягательств на их собственность католической церковью. Немалое значение в Речи Посполитой имело и покровительство семьи Сапег. Смиренные аскеты, изнурявшие себя долгими постами и возносившие молитвы, становились с течением времени не стесняющимися брать взятки людьми, которые имели мало общего со святым делом церкви.
Ветер перемен из России
1772 год принес огромные перемены - раздел Речи Посполитой покончил с могуществом польских и литовских князей. Ничего не могла поделать и католическая церковь - монастырь ордена картузианцев становится собственностью Российской империи. Монахи, сыто и привольно жившие при Сапегах, утратили свою власть и привилегии. Теперь власть имущие были не добрыми покровителями и меценатами, а врагами, против которых французы роптали. Возмездие не заставило себя ждать - монастырь, просуществовавший более 150 лет, был закрыт, а монахи изгнаны с территории Империи. Официальной причиной закрытия стало участие нескольких послушников в восстании 1831 года против царской власти. На самом же деле русскому царю совершенно ни к чему был столь прочный оплот католической церкви возле самых границ Империи. К тому же французы не желали признавать новых хозяев и слишком вызывающе себя вели. У монахов было конфисковано 539 волок земли (около 11 500 гектаров), 1.336 крестьян, капитал на 60 тысяч рублей серебром, прибыль с имущества составляла 10 тысяч рублей.
Вновь побрели по дорогам Европы монахи-странники, оставив собственность в полное владение Российской империи. Само местечко русские чиновники собирались переименовать в Березу-Казенную, чтобы стереть даже воспоминания о былом величии монастыря.
Проклятие Сапеги
Так бы и стоял монастырь вместе с домом князя Сапеги заброшенным, но в своем первоначальном состоянии, если бы в 1866 году на постой в Березу не пришли несколько полков русской армии, которым негде было ночевать. Именно тогда был отдан приказ разобрать бывший монастырь и построить из прекрасного красного кирпича, которым славились здания, казармы для солдат.
Исполнителей среди местных жителей не могли найти очень долго. Люди помнили о том, что когда-то над огромными дверьми костела на мраморной доске висела надпись на латыни. Это было страшное проклятие мецената Сапеги, адресованное тем, кто осмелится разрушить храм и прилегающий к нему костел. (Этот факт, кстати, подтвержден документами из личного архива Натальи Кицки, род которой ведет свое начало с Березовщины.) Но ни проклятие, ни святость места не остановили жадных царских чиновников - медные листы с крыши костела отправились в Гродно, а здания разобрали по кирпичикам. И действительно построили казармы, которые в народе до сих пор называют Красными по цвету кирпича.
Судьба Красных казарм символична. Честно говоря, охватывает суеверный ужас, когда узнаешь из истории города, что же дальше случилось с этими зданиями. Словно и в самом деле сбылось страшное проклятие картузианцев: в построенных из кирпича святого монастыря казармах в 1934 году открылся концлагерь "Береза-Картузская". Это был прообраз нацистских Освенцима и Майданека. После освобождения Западной Белоруссии в 1939 году вместо польского концлагеря там разместился концлагерь советский, а в годы войны - нацистский. Красный и без того камень был обагрен кровью десятков тысяч людей.
Настоящее без будущего
На месте былого монастыря сохранилась брама, остатки колокольни, здание госпиталя и часть стены с одной из угловых башен. Участь этих зданий уж совсем незавидная. Долгие годы там был оборудован гараж местной военной части, вся земля была захламлена различными железками и останками автомобилей и щедро полита бензином. Но и это еще не самое страшное. Буквально перед приездом археологов летом 1989 года из оставшихся зданий монастыря были вывезены… свиньи Министерства обороны СССР.
Несмотря на приезд и исследования археологов, в судьбе памятника архитектуры XVII века мало что изменилось. Место, которое было когда-то внесено во Французскую энциклопедию искусств, вызывало откровенную жалость. В один прекрасный весенний день мы вместе с учителями истории пришли сюда на субботник. Честно говоря, мы мало что смогли сделать: огромный склад металлолома, груды старых автомобильных шин, невыветривающийся запах свинарника и гниющие доски, разрисованные стены останков монастыря - все это было не под силу убрать подросткам.
Но, наверное, этот субботник вызвал желание сделать хоть что-то не только у нас. Вернувшись через несколько лет и пройдя сквозь браму, я была приятно удивлена чистотой и зеленой травкой на месте свалки. Да уж, если не желаем восстанавливать, то хотя бы не будем захламливать дальше.
На территории бывшего монастыря картузианцев расположено кладбище, где еще буквально недавно находили монеты и утварь, принадлежавшие когда-то монахам.
Вообще с закрытием монастыря связано несколько так и не разгаданных тайн. Один вопрос до сих пор не дает покоя историкам: куда могли исчезнуть из склепа монастыря пятнадцать гробов, принадлежавших представителям рода Сапег, и сорок два гроба других светских особ, похороненных там же? Монастырь был ограблен - из его сокровищниц было вывезено накопленное серебро. Есть версия, что сделал это родоначальник известной впоследствии семьи Пусловских, усадьба которой была построена через несколько лет недалеко от Березы. Войцех Пусловский, судя по всему, удачно распорядился награбленным и стал очень состоятельным человеком. Предполагается также, что он же забрал из костела серебряный крест с фигурой Христа размером с человеческий рост. Причастен ли Войцех к исчезновению гробов с останками князей и их родственников - неизвестно. Но если нет, то тогда, где они?
Сегодня памятник архитектуры XVII века можно увидеть в историко-краеведческом музее. Здесь недавно появился макет монастыря размерами 1,5 на 1,5 метра. По сохранившимся чертежам и гравюрам выпускники Брестского государственного политехнического техникума воссоздали облик памятника истории.
Сам монастырь, вернее, несколько полуразрушенных зданий, заброшен, там мало кто бывает. Разве только те, кто каждый год неизменно садит на территории картошку - чего месту пустовать? Утешает только то, что березовцы если и не бывают там сами, то без труда укажут дорогу к разрушенному храму.
Будущее монастырских стен покрыто мраком: археологи, музейные работники и власти города в один голос твердят, что даже то, что осталось, не подлежит реставрации. Ведь, кроме зданий, нужно восстанавливать и землю, снимать слой почвы за слоем, прежде чем из бывших монастырских стен выветрится дух свинарника и варварства…
|
