Cтарость не радость
Оксана ЯНОВСКАЯ
"Усім я тут замінаю..."
В столовой одного ведомства, где после двух часов обедают посетители " с улицы", я обратила внимание на миловидную бабушку, иногда появлявшуюся там. Она всегда брала молочный суп и кашу без гарнира. Раздатчица, женщина средних лет, никогда не жалела на кашу подливки из мясных блюд. Бабушка, одетая в очень старые, но аккуратные вещи, скромно устраивалась за столом в уголке и не торопясь обедала. Однажды я предложила бабушке угостить ее обедом на выбор и рассказать о себе. Бабушка Вера отказывалась от угощения, а рассказать... "Мне уже давно так плохо, что и рассказывать нечего". И все-таки я ее уговорила на угощение! Очень стесняясь, боясь меня "объесть", она выбрала холодный борщ, картошку с жареной рыбой ("так хочется рыбки!"). Салат, чай и кекс - это уже мое дополнение к ее скромным желаниям.
После обеда, сидя на скамеечке во дворе "сталинки" в центре Минска, бабушка Вера рассказывала мне свою историю. В 1986 году ее вместе с мужем переселили из Брагинского района, пострадавшего от аварии на Чернобыльской АЭС. В Минске пожилым людям дали однокомнатную квартиру в "сталинке" на первом этаже. Бабушка Вера не в претензии на государство: за оставленный в деревне дом семья получила денежную компенсацию, потом им оказали помощь при устройстве на новом месте. Через семь лет после переселения умер муж. Сын бабушки Веры уже больше тридцати лет живет в России, "далеко, на Севере". А в Минске еще до ее переселения обосновалась дочка. После смерти отца она вместе со своим мужем часто просто насильно перевозила бабушку Веру в свою квартиру, а "сталинку" сдавала в аренду. Однажды сдала фирме, которая "нешта там не так рабіла з грашамі", и бабушку Веру даже в милицию вызывали, требовали объяснений, кому она сдала квартиру. После этого дочкин предпринимательский пыл на какое-то время утих.
Правда, в последние годы всю весну и до поздней осени бабушка Вера живет на даче. "А мне і добра, там жа зямелька, хоць не родная, але усё ж...Рабіць, ўжо, праўда цяжка - дачка з зяцем агародам не займаюцца, а клубніцы ўнучка яшчэ як любіць!" - рассказывала пожилая женщина. Пока бабушка горбатится на даче, дочка с зятем сдают на сутки ее однокомнатную квартиру: посчитали, что так выгоднее, чем на длительный срок. В квартире у бабушки Веры давно нет телевизора, холодильника - все увезли на дачу. Дочка считает, что она мало кушает, поэтому нечего хранить в холодильнике. "Вы не думайце, я - не лодыр, магла б сабе зварыць той суп ці кашу. Але калі няма лядоўні, дык куды дзець тое ж малако. Ужо прызвычаілася да сталовай - за 250-300 рублеў паем, якраз пенсіі і хапае. У выхадныя бульбы звару, які агурок салены з летішча ці капусты - і добра". В столице прожить на пенсию в 86 тысяч - надо иметь большой талант. Одна только квартплата в копеечку вылетает, а ведь еще нужны лекарства. Дочка матери не помогает, наоборот, упрекает: "вот другие родители своим детям..." Дочка забыла, что на кооперативную квартиру в Минске деньги дали родители. Не понимает, что и теперь, сдавая в аренду квартиру матери, имеет хороший доход, из которого ни цента не получает бабушка Вера. Этим летом ей стало очень плохо на даче, вызвали скорую. Пролежав две недели в больнице, бабушка Вера пробудет в Минске два дня и снова ее увезут на дачу. "Старая ўжо - семдзесят восем гадочкаў маю. Няхай бы Божанька хутчэй да сябе прыбраў. А то ўсім я тут замінаю. Унучка не хоча жыць ні з сваімі бацькамі, ні з мужавымі, чакае, калі я памру, ды будзе ёй мая кватэра. Хай бы забраў мяне Божанька. А вам дзякую. Мне так хацелася халадніка і рыбкі. Дачка ж ўсё кажа, што ім не хапае грошай. Таму калі прыязжаюць на дачу, то самі ядуць мяса, а мне і тварагу не прапануюць. Можа, яно і праўда, што старым трэба есці посныя кашы, але ж так хочацца калі-небудзь чаго ўкусненькага".
Мы попрощались, бабушка Вера потихоньку пошла к своему дому. А я еще долго пыталась представить ее дочку, которой жалко для матери куска рыбы или курицы. Интересно, а какая ее ожидает старость?
"Смешные мои взрослые
мальчики"
Педикюрный кабинет салона-парикмахерской посетила пожилая женщина. Помогали ей в передвижении специальные "ходунки" для пожилых людей. Их привез ей из Америки старший сын. Пока пожилая женщина принимала ванночку для ног, одна очень шустрая клиентка распрашивала ее, пытаясь найти общих знакомых. И нашли-таки. А потом они делились впечатлениями о посещении Майами. Пожилой женщине там не понравилось - год назад она летала к сыновьям в Америку.
Всех клиенток интересовало, сколько же даме лет. Не кокетничая, она призналась, что 85. "Девочки, болезней у меня уже много. И я не продержалась бы столько, если бы не сыновья. Вот старший подарил эти "ходунки", а младший говорит: "Мама, что же мне для тебя сделать? И "ответил" на подарок старшего сына - купил путевку в санаторий. И так всегда. "Смешные мои взрослые мальчики", - говорила женщина. Может, старая еврейская мама знает какой-то секрет воспитания?
А ей все мало и мало
Настасью Филипповну знают все руководители районной администрации и мелкие клерки. Она по-хозяйски приходит во все присутственные места и требует, требует, требует. Государство ей обязано сделать, дать, помочь. К ней ходит социальный работник, она первая вырвет гуманитарную помощь, она закатит скандал на последнем месте работы, если открытку к празднику получит со второй почтой. А если, не дай бог, администрация завода не окажет помощь, не сделает подарок к празднику... Настасья Филипповна постоянно что-нибудь "выбивает" у государства. При этом ее более чем обеспеченные дети, уже давно граждане России, тоже не забывают мать. Недавно завершили реконструкцию ее дома в частном секторе - "новые белорусы" живут скромнее. И денег дети не жалеют для матери: кроме стационарного телефона, есть у нее и мобильник, и соседу приплачивают, чтобы возил ее по поликлиникам, магазинам, рынкам. А ей все мало и мало, все должны: государство, соседи, просто незнакомые люди.
Я ее не брошу
Наташа с мужем и двумя детьми 16 лет ютилась в однокомнатной квартире, которую в свое время получил ее муж. Перебравшись в четырехкомнатную квартиру, построенную по долевому строительству, семья планировала сдать однокомнатную в аренду: какое-то подспорье после жизни впроголодь, пока строилась большая квартира. Не тут-то было. Наташина мать, Валентина Антоновна, сказала, что переедет в старую квартиру, а свою роскошную трехкомнатную "сталинку" оставит семье сына. Никакие доводы о том, что у сына в семье три человека, и они могли бы прекрасно жить вместе с матерью, не действовали. Впрочем, захват квартиры - это еще не самое страшное, от чего приходится страдать Наташиной семье. Валентина Антоновна каждую неделю приезжает к ней и требует отчет о расходах. Устраивает страшный скандал за покупку каких-нибудь вещей, облегчающих быт или обеспечивающих комфорт. "Что это за "Силит", мы чистили содой, и все было чисто", - орет пожилая женщина. А уж внучку за разные там "Олвейсы" вообще убить готова. А последний скандал и вовсе вывел всех из равновесия. Сделав ревизию квартиры и обнаружив подвесные потолки и керамическую плитку на полу кухни вместо линолеума, Валентина Антоновна потребовала, чтобы Наташина семья помогла семье сына сделать такой же ремонт. Аргумент: он твой брат, у вас все должно быть одинаково. Зять Анатолий, за все 22 года семейной жизни умудрившийся ни разу не поссориться с тещей, не выдержал: "А что, ваш сын не может заработать на ремонт? Вы ведь отдаете ему всю пенсию, а ваш холодильник продуктами затариваем мы". Что тут началось! Наташа просто ушла в другую комнату и не слушала скандал. Ее давно жгла обида: по непонятным причинам мать отдавала предпочтение сыну.
Через неделю после скандала Валентина Антоновна оказалась в больнице: возраст, болезни. Соседкам по палате она рассказывала, какой хороший у нее сын. А в больницу приходили "плохая дочь, отвратительный зять и бестолковые внуки". Наташа говорит: "Пусть она меня и не любит, но это - мать, я ее не брошу".
Только не спит патруль...
Оксана ЯНОВСКАЯ
В Минске было совершено нападение на сотрудников милиции.
В четыре часа утра старшина милиции Александр Захаренко и старший сержант милиции Вячеслав Фурс из 4 роты полка патрульно-постовой службы ГУВД Мингорисполкома обратили внимание на группу молодых людей, которые, несмотря на столь ранний час, шумели и присматривались к автомобилю. Патрульные подошли к компании, представились сами и попросили молодых людей предъявить документы. Двое из компании выразили сомнение: "А вдруг "менты" не настоящие, посветите фонариком на удостоверение". Патрульные выполнили просьбу, а заодно и хорошенько в лучах света рассмотрели молодых людей. Попросив не шуметь, патрульные пошли дальше по своему маршруту. Они были спокойны: "засветившись", молодые люди не станут совершать криминальных поступков.
Однако через несколько шагов на голову Вячеслава Фурса обрушился удар, к тому же его весьма профессионально сбили с ног. Потеряв сознание, милиционер упал на асфальт. А вот нападавший на второго патрульного, Александра Захаренко, промахнулся. Зато старшина милиции не растерялся и сумел одеть на него наручники. Затем начал преследовать обидчика своего товарища. Тот убегал, не реагировал на предупреждение милиционера о стрельбе. Как и положено по инструкции, Александр Захаренко сделал два предупредительных выстрела в воздух, затем - на поражение. Раненый в мягкие ткани злоумышленник продолжал бежать. Понимая, что подстреленный далеко не убежит, Александр сообщил по рации о нападении, сам возвратился к раненому товарищу. Оперативный дежурный организовал блокирование района происшествия. В считаные минуты к месту совершения преступления прибыло руководство полка ППСМ и ГУВД Мингорисполкома, сотрудники прокуратуры.
Раненого злоумышленника патрульные обнаружили под балконом одного из домов в километре от места нападения.
- Очевидно, болезненное самолюбие злоумышленников было задето замечанием сотрудников милиции, и поэтому двое из компании решили "отомстить", - говорит командир полка ППСМ Александр Барсуков. - Я разговаривал с одним из задержанных. На мой вопрос, почему 25-летний парень не работает, он ответил: "Я - спортсмен". В настоящее время Вячеслав Фурс находится в госпитале МВД, ему пришлось перенести сложную операцию. Раненый в мягкие ткани нападавший тоже содержится в лечебном учреждении под охраной, второй - в СИЗО. Прокуратурой Октябрьского района в отношении нападавших возбуждено уголовное дело за насилие в отношении работника милиции. Полагаю, что их также проверят на причастность к совершению других преступлений, ведь эти спортсмены явно зарабатывают не на спортивных аренах.
Начальник ГУВД Мингорисполкома Анатолий Кулешов сообщил, что прокурорская проверка подтвердила правомерность применения оружия сотрудником милиции.
Мама Вячеслава Фурса, навещая сына в госпитале, видит там его друзей и коллег. Она знает, что может рассчитывать на их помощь и поддержку. Матери безработных спортсменов будут томиться в очереди, чтобы передать продукты в СИЗО. Только рядом с ними никого не будет. Обычно дружба прекращается, как только кто-то из компании оказывается за высокими стенами "казенного дома".
|
