Рубль, газ... Главное - торговый оборот
Кирилл НЕЛИН
Всевозможные нормы и нормативы - неотъемлемая часть нашей жизни. Сегодня мы не только знакомим наших читателей с часто употребляемыми терминами, касающимися различных нормативов, и их содержанием, но и альтернативной точкой зрения на государственное регулирование социальных нормативов.
Наверное, даже среди самых оптимистичных сторонников интеграции мало кто верил, что на Высшем государственном совете Союзного государства Беларуси и России, который прошел 14 октября в Москве, будут приняты какие-то конкретные решения по проблемным вопросам: валютному соглашению, Конституционному акту, ценам на газ для белорусского кошелька и на "Белтрансгаз" для российских денежных мешков. И этого ожидаемо не произошло.
А как могло быть иначе, когда проблем в белорусско-российской интеграции - вагон и маленькая тележка, и разрешение - дело не одного дня, месяца или даже года. Это ведь вам не Комаровка. Межгосударственные вопросы с кондачка не решаются. Тем более, что у Беларуси и России есть насколько принципиальное согласие, что надо достраивать Союзное государство, настолько же, похоже, и принципиальные разногласия, как это делать. Поэтому неудивительно, что на госсовете в основном звучали общие слова. По большому счету, и белорусское, и российское руководство демонстрировали хорошую мину при плохой игре.
По словам Александра Лукашенко, "по информационным всплескам, сопровождавшим белорусско-российские встречи, могло сложиться впечатление, что в этом году у нас чуть ли не все плохо". И заверил, что это не так. Остается только догадываться - как? Не все плохо? Чуть ли не все хорошо?
В подтверждение своих слов белорусский президент сообщил, что по итогам 2003 года товарооборот между двумя странами достигнет 12 миллиардов долларов - показатель того, что белорусско-российский союз является единственно работающей моделью на постсоветском пространстве. По сравнению с прошлым годом, объем товарооборота между Беларусью и Россией вырастет на 2,5 миллиарда долларов (кстати сказать, всего лишь на такую сумму в 2002 году Россия наторговала с Украиной). И еще один факт: в товарообороте Российской Федерации со странами СНГ доля Беларуси составляет примерно половину.
Между тем белорусский президент признал, что "было бы ошибкой не видеть проблем, которые возникают на пути Союзного государства". По его мнению, они носят несубъективный характер. То есть надо понимать, что причинами противоречий между двумя странами являются социально-экономические и политические реалии и, может быть, разные в чем-то интересы, а никак не личные амбиции руководств Беларуси и России? Впрочем, еще неизвестно, что было бы лучше, а что хуже для перспектив белорусско-российской интеграции.
Следующий Высший госсовет Союзного государства запланирован на февраль следующего года. Поживем - увидим, произойдет ли за это время в отношениях Беларуси и России хоть какой-то прогресс.
Латание «черной дыры»
Тарас Никольский,
экономический обозреватель «ЭН»
Сегодня только ленивый из моих коллег не пнет походя белорусское сельское хозяйство. «Стараются» и политики, и обыватели на кухнях и в электричках. «Черная дыра», «прорва», «развалюха» - обычные слова в таких разговорах, речах и писаниях.
Но вот что любопытно. Работая над этой статьей, я внимательно ознакомился с украинской, российской, латвийской и польской прессой. О своем сельском хозяйстве там пишут в таких же выражениях. А то и похлеще. Это повсюду небеспроблемный сектор экономики.
Беларусь не исключение. Ругая или хваля отечественный агропром, очень трудно обойтись без вводных слов «вместе с тем» и «однако». Конечно, в нынешнем году государство ухнуло сюда более триллиона рублей капиталовложений, а две трети сельскохозяйственных организаций страны на первое августа были убыточными. Вместе с тем, лично у меня язык не поворачивается считать огромные затраты пустыми.
Агропромышленный комплекс успешно обеспечивает продовольственную безопасность государства. Хлеб, мясо, молоко, картофель, многие овощи мы едим в основном отечественного производства. В январе-августе еще почти на 6 процентов вырос выпуск продовольственных товаров. Они очень весомая статья экспорта. Особенно сейчас, когда на Украине и в России неурожай. Беларусь же собрала 5,5 миллиона тонн зерна, то есть столько же, сколько и в прошлом году. Выращено примерно 50 тысяч тонн льноволокна и около 3 миллионов тонн сахарной свеклы. А это живые деньги. Хороший урожай поправит финансы многих сельскохозяйственных организаций. Однако больше четверти из них из долговой ямы пока вряд ли выберутся.
Вот таким черно-белым выглядит у нас сельский пейзаж. При всем множестве проблем, мешающих нашему агропромышленному комплексу нормально развиваться, главная, на мой взгляд, сегодня одна. Пришло время окончательно и бесповоротно определиться с судьбой каждого колхоза и совхоза. Причем индивидуально. Огульный подход здесь неприемлем, поскольку ситуация у каждого своя.
Примерно седьмой части хозяйств государству просто нужно не мешать работать. Они сами определят, что прибыльно производить и кому продавать, выплатят крестьянам заработанное, рассчитаются с государственным бюджетом, энергетиками и поставщиками. Около половины сельскохозяйственных организаций смогут работать с помощью государства. Кому-то она нужна в меньших объемах, кому-то в больших. И, наконец, есть 1.002 колхоза и совхоза, где экономическая ситуация безнадежна. Здесь доход меньше фонда заработной платы. Часто в несколько раз. И это при том, что зарплата-то мизерная. Бесконечно вливать сюда государственные средства все равно, что пускать их по ветру. Излечить эти хозяйства нельзя. Они могут только излечиться.
Сегодня у каждого крестьянина есть возможность обзавестись собственным наделом земли и работать на себя, свою семью. Никто не ограничивает, как в давние годы, поголовье скота в собственном пользовании. Нынче можно взять в аренду даже колхоз. Некоторые, кстати, берут и не жалеют об этом. В стране уже около двух десятков примеров того, как хороший хозяин арендовал доходящий колхоз и за год-полтора делал из него вполне эффективно работающее агропредприятие.
Условия для этого есть. Сверх госзаказа, кстати, весьма умеренного по своим объемам, сельскохозяйственную продукцию сейчас можно продавать кому угодно и по свободным ценам. В два с половиной раза уменьшена налоговая нагрузка на сельскохозяйственных производителей. Реструктуризированы их долги. Вся социальная инфраструктура села ныне содержится на бюджетные средства. Словом, работать можно и нужно. Тем более, что земля, в отличие от машин и механизмов, - производитель вечный, старению не подверженный.
Конечно, государство сделало еще далеко не все, чтобы помочь крестьянину плодотворно трудиться. В царской России, к примеру, существовал закон, по которому нанимателя, своевременно не выплатившего работникам зарплату, привлекали к суду. Как говорится, не уверен – не нанимай. В нашей же стране пока действует механизм, при котором наниматель на селе не нанимать работников не может. Но и платить им в срок без помощи государства у него тоже возможности нет. А где это слыхано, чтобы крестьянин или хозяйство, сдав свою продукцию в переработку или на продажу, не получали за нее расчет! Да у тех же поляков или литовцев таких должников давно бы лишили решением суда имущества, продали его с молотка и рассчитались с поставщиками. У нас же… снимают с поста премьер-министра.
Чтобы работа на селе приносила реальный доход, она все больше должна регулироваться законами рынка и все меньше чиновничьими приказами и директивами. На моей памяти было много попыток осчастливить деревню реформами. В столице рисовали красивые схемы, разрабатывали толстенные талмуды планов, мероприятий и рекомендаций, издавали умные директивы. Но как-то так выходило, что авторы всех этих новаций не особо интересовались, насколько все задуманное соответствует интересам крестьянина. Не пьяницы и лодыря (на таких уже оглядываться нечего), а нормального мужика, нормальной деревенской труженицы, которые хотят работать и зарабатывать на достойную жизнь своей семьи.
История свидетельствует, что заставить человека работать можно только двумя способами – обратив его в рабство или заинтересовав экономически. ХХI век наполовину сокращает выбор. Хорошо бы это помнить, решая судьбу 1.002 колхозов и совхозов. Которые, собственно говоря, и образовали «черную дыру» не только в сельском хозяйстве, но и во всей белорусской экономике. Латать ее можно только рыночным путем.
Бизнес-аутсайдер
В докладе Всемирного Банка Беларусь упомянута в числе аутсайдеров по условиям развития бизнеса в стране.
Специалисты ВБ проанализировали государственные системы 130 государств мира, в том числе почти всех постсоветских государств. Анализ был основан на пяти критериях: сколько времени и средств необходимо затратить, чтобы создать и зарегистрировать компанию, получить кредит, нанять или уволить сотрудников, заключить (зарегистрировать, юридически защитить и, если понадобится, оспорить через суд) контракт и обанкротить свою фирму.
Проще всего зарегистрировать новые компании в Швеции и Новой Зеландии - для этого достаточно проделать три процедуры. В Беларуси - 19 процедур. Наиболее неповоротливые чиновники работают в Индонезии - 168 дней, белорусские справляются за 118 дней. В нищей Сьерра-Леоне за открытие фирмы платят - $1,81 тыс., в Беларуси - $369.
Беларусь одновременно с Россией и Украиной вошли в число десяти государств, где уволить работника сложнее всего. Наиболее жесткие нормативы по порядку увольнения действуют в Анголе, а наиболее либеральные - в Гонконге.
Казахстан и Панама разделили малопочетное первое место по количеству процедур (44), необходимых для работы с контрактом. В Индонезии вообще не предусмотрено конкретных бюрократических механизмов для этого. В Беларуси необходимо совершить 19 процедур, но весь процесс длится 135 дней, а стоимость составляет $564.
В десятку государств, где системы власти максимально благоприятствуют ведению бизнеса вошли: США, Австралия, Канада, Дания, Нидерланды, Новая Зеландия, Норвегия, Сингапур, Швеция и Великобритания.
|
