Антирождественская история,
или Чьих рук дело - спасение утопающих?
Наташа КОСТКО
Алле Евсеенко сейчас 21 год. А когда умер ее отец, и мать лишили родительских прав, ей было 12 лет. Алла и ее младший брат Сергей попали в Гомельскую школу-интернат для детей-сирот.
Через несколько лет жизнь как будто начала налаживаться – Алла устроилась секретарем на работу в Минске. Вот тогда-то проблема жилья, точнее, его отсутствия, проявила себя. Директор школы-интерната потребовал, чтобы уже совершеннолетняя Алла выписалась из школы-интерната. Ладно - выписаться, но ведь прописаться-то было некуда. Родительский дом, расположенный в деревне Моторовка Кормянского района, оказался в зоне выселения. Прав на него, как пояснила заведующая отделом образования Кормянского райисполкома В.В. Сорокина в своем письме директору школы-интерната, Сергей и Алла Евсеенко не имеют, потому что дом принадлежал колхозу, а мать выбыла в другой район.
Девушка жила в Минске без прописки, работала в Выставочном центре «Импульс», снимала комнату. А потом у нее украли сумку с документами, и восстанавливать утраченный паспорт (в котором до сих пор не стояло новое место прописки) пришлось, обращаясь за помощью в Комитет госконтроля и Совет Министров.
На фоне всех жизненных перипетий и напастей во время очередной поездки в Гомель Алла встретила своего давнего знакомого Виктора. Молодые люди решили пожениться. И вроде бы все начинало становиться на свои места, но в мае этого года Виктор погиб в автокатастрофе. Алла уже была беременна.
Начался новый этап хождения по кабинетам, обращений и написания заявлений. С помощью ходатайства организации «В помощь детям-сиротам» девушке удалось устроиться на Минский автозавод. Когда она высказала пожелание работать по специальности - секретарем, ей объяснили, что такие должности достаются исключительно «по знакомству». Хорошо, что предоставили место в общежитии и сделали прописку.
В полном смысле сказать, что Алла была принята на работу – трудно, потому что с ней был только заключен договор на время декретного отпуска сотрудницы на место ученика наладчицы напильных станков. Из-за тяжелого физического труда, Алла начала попадать в больницу практически сразу после выхода на работу. Параллельно пыталась стать на очередь на получение социального жилья, подавала документы в администрацию Заводского района. Ей почему-то в этом отказали, предложив стать в общую очередь.
Дни, наполненные ожиданием под кабинетами, - «зайдите попозже», «извините, мы заняты» - шли своим чередом. Нерадивые чиновники предлагали ей ехать в родной дом (мол, ну и что из того, что людей выселили – стены же остались), или советовали «попроситься» остаться на время в роддоме, или намекали на то, что закон требует «дополнительных усилий» для его применения, или обвиняли в том, что сама во всем виновата. Упоминать их имена здесь было бы бессмысленно. Их было слишком много – кабинетных работников на пути девушки, - что у некоторых забылись фамилии, у других, наоборот, имена, а третьи, вообще, говоря гадости, отказывались представляться. Хотя есть и такие, которые на самом деле пытаются помочь. Только все это слишком долго и неопределенно.
18 декабря Алла ложится в роддом. До сих пор она не может точно сказать, куда пойдет с малышом жить. В семейных общежитиях от МАЗа нет свободных мест. Общежитие, в котором сейчас живет Алла, – молодежное. Там нет условий для ухода за новорожденным. Комната – восемь квадратных метров. В ней помещаются только две кровати, проход между которыми около сорока сантиметров, шкаф, вещи в котором можно хранить только сложенными в чемоданы, тумбочка и холодильник. Кушать можно стоя у подоконника или сидя на кровати. К тому же привезти ребенка в общежитие было бы на самом деле жестоко по отношению к соседке, которая целый день работает на заводе и, конечно же, будет против бессонных ночей и других неудобств.
Мы привыкли много раз пережевывать набивший оскомину постулат о социальном государстве. Так где же она – социальная Республика Беларусь? Неужели только на бумаге?
Для Аллы этот Новый год будет особенным. Но очень хочется верить, что в ее «антирождественской истории» произойдет настоящее чудо.
|
