|
Некабинетный начальник
Оксана ЯНОВСКАЯ
Начальник Московского РУВД Минска Иван Микулич служит в милиции уже 28 лет. По этому поводу шутит: “Я – самый старый милиционер Минска”. У милицейских начальников особая специфика работы. Они меньше, чем другие, находятся в кабинетах, все больше - в гуще событий, и не только криминальных.
- Иван Александрович, накануне Дня белорусской милиции хотелось бы спросить: какая милиция Вам нравится больше – советская или белорусская?
- Если исходить из соображения, что тогда я был моложе, то – советская. А если серьезно, то белорусская. Сейчас сотрудники милиции более квалифицированные, у них больше специальных знаний, широкий кругозор. Иначе и работать в нынешних условиях нельзя.
- Мне иногда доводилось слышать мнение, что когда из милиции уйдут нынешние подполковники и полковники, то и служить будет некому, дескать, молодежь пошла не та… И дело не в возрасте, а в отношении к работе.
- Не соглашусь с не известными мне коллегами. Будущее милиции – за молодежью. А что касается отношения к работе, то у нас, как и в любой другой сфере, встречаются ленивые, неинициативные, да просто невежливые сотрудники. Но в милиции разговор с ними короткий: или ты исправляешься и нормально служишь, или увольняйся сам, не ожидая, пока уволим. Есть определенная категория молодых людей, которым родственники посоветовали идти в милицию: социальные льготы, хорошая зарплата, рано на пенсию. Но не подумали, что за это от них потребуется работа в выходные и праздники, в ночные смены, при несении службы в усиленном режиме – 12-16-часовой рабочий день. Это может выдержать не каждый.
- Иван Александрович, без всяких статистических данных, Ваше личное ощущение: увеличилось ли число преступлений за последние 20 лет?
- Полагаю, что процент личностей с криминальными наклонностями примерно одинаков во все времена. Другое дело, что меняется структура преступности, виды преступлений, приоритеты, если хотите. Теперь давайте вспомним, что 20 лет назад граница Московского района и Минска проходила недалеко от здания РУВД. Тогда Петровщина, Дружба, Малиновка были пригородными деревнями, а теперь это густонаселенные спальные микрорайоны. Увеличилось число жителей – возросло и количество преступлений. Плюс гласность. Ведь раньше очень долго думали: давать ли информацию в прессу. Теперь нет ограничений. Зато есть другое: иногда отдельные Ваши коллеги такого напишут ради дутой сенсации… И ничего – свобода слова.
- Как изменились виды, мотивы преступлений за 20 лет?
- Рыночные преобразования в экономике, открытые границы, конечно, повлияли на виды преступности. Но вот, допустим, фальшивая водка была и в советские временна, и теперь. Тогда было меньше мошенничеств. Теперь - сплошь и рядом. Недавно пришел брат заявлять на брата: одолжил деньги и не отдает. А брат-должник отвечает: “А ты богаче живешь, для тебя это не потеря”. Такого раньше не было. Мотивы преступлений тоже не сильно изменились: суть все та же – отобрать чужое. А причины, обстоятельства, способствующие совершению преступлений, действительно, изменились.
- Что произошло?
- Объясню на примере самого страшного преступления – убийства. Молодой девушке звонит подруга и говорит, что их приглашают в ресторан. Вроде как и неудобно идти в ресторан с лично ей незнакомыми людьми, но и отказаться нет сил. Компания из двух девушек и четырех парней прогуляла в ресторане до трех ночи. Одна девушка вместе с двумя парнями поехала к себе домой, третий парень отправился домой в одиночестве, а вторую девушку пошел провожать четвертый парень. В семь утра на улице в укромном месте был обнаружен труп женщины. В два часа дня мы уже задержали подозреваемого. Он пришел домой, смыл с одежды кровь и поехал домой к девушке, у которой были его друзья. Сначала, конечно, убеждал, что не убивал девушку. Но обыск дал свои результаты, экспертизы подтвердили наши подозрения, свидетели подтвердили, что в ресторане они были вместе, да и сам потом заговорил.
Меня поражает людская беспечность: в этой компании собрались малознакомые люди. Одна ведет к себе домой двух пьяных мужчин, для второй вечеринка оказалась и вовсе роковой. Какая-то нездоровая жажда жизни: все успеть, урвать, совершенно не задумываясь о последствиях…
- Иван Александрович, когда так быстро удается раскрыть тяжкое преступление, наверное, радуетесь?
- Радуюсь, что грамотно сработали. Но это радость на фоне трагедии, и у нее все-таки горьковатый привкус. Если Вам кто скажет, что в милиции можно привыкнуть ко всему и спокойно пить чай рядом с трупом – не верьте. В милиции нельзя быть равнодушным. В быстром раскрытии преступления чаще всего бывает и немного везения. Этот субъективный фактор в нашей работе занимает не последнее место.
- Мне что-то рассказывали о том, как Вы боролись с равнодушием участковых инспекторов в Вашем управлении. Можно поподробнее?
- Две женщины неоднократно жаловались на соседей: в квартире оборудовали офис, там часто шумят, курят, по вентиляции весь дым идет в их квартиры, а дом-то старый, неудивительно. Понятно, что с такой жалобой должен разбираться участковый. Вот он и готовит ответ: нет там офиса, просто человек арендует квартиру. Снова приходит жалоба. Участковый готовит такой же ответ и поясняет, мол, женщины из категории вечных жалобщиц. А жительницы видят, что нет управы на соседей, и записываются на прием к начальнику ГУВД. Секретарь им говорит: “Я, конечно, запишу вас, но по закону ваше заявление все равно попадет в РУВД. Может, сходите сначала на прием к начальнику районного управления?” Женщины согласились. Пришли, рассказывают. Назавтра я вместе с участковым приехал в проблемную квартиру. Выяснилось, что жалоба обоснованная. Пригласили хозяина квартиры, объяснили, что жилье запрещено сдавать под офисы и потребовали освободить помещение. Вскоре хозяин квартиру продал.
- Участковых наказали?
- А как же. Провели проверку, наказали сурово. Постоянно учу сотрудников: вы должны помогать людям. Даже если пришел человек с вопросом, который не в компетенции милиции, выслушай его, подскажи, как поступить, куда обратиться. Сотрудник милиции обязан отнестись с уважением к гражданину, выслушать его внимательно, а не отмахиваться.
- Иван Александрович, а Вы своих близких - жену, дочь - ругаете, если они задерживаются и поздно возвращаются домой?
- Я вообще считаю, что женщины должны ходить только в сопровождении мужей, ухажеров. А если серьезно, то не ругаю. Я и сам на работу и с работы хожу пешком. В гражданской одежде и без оружия. Если посмотреть статистику, то уличных преступлений у нас стало меньше. К тому же милиция работает в первую очередь на профилактику. Идя домой пешком, я всегда вижу работу участковых, патрульных, сотрудников инспекции по делам несовершеннолетних.
Неопровержимые улики
Оксана ЯНОВСКАЯ
Находят эксперты-криминалисты уже 85 лет, помогая следователям и сыщикам раскрывать преступления
Экспертно-криминалистический центр ГУВД Мингорисполкома можно сравнить с научно-исследовательским институтом. Здесь проводятся самые разные экспертизы: идентифицируют криминальные “пальцы”, устанавливают подлинные номера кузовов автомобилей, подлинность или подделку денег, документов, подписей.
В 1983 году серийного маньяка и убийцу Геннадия Михасевича именно по почерку “вычислил” тогда молодой эксперт-криминалист, а ныне заместитель начальника ЭКЦ ГУВД Мингорисполкома Михаил Букато.
В начале 70-х годов Беларусь, да и весь Советский Союз, были потрясены серией убийств, сопряженных с изнасилованием. По этому делу несколько не причастных к нему человек были осуждены на длительные сроки тюремного заключения, а один расстрелян.
При расследовании очередного убийства оперативники вышли на след Михасевича. Свидетели рассказали, что жертва садилась в красный “Запорожец”. Начали проверять всех владельцев автомобилей этой марки. Допросили и Геннадия Модестовича Михасевича. При проверке его алиби подтвердилось. Но, испугавшись, он начал писать “отводные” письма. В редакцию газеты “Витебский рабочий” пришло письмо, в котором рассказывалось о существовании в городе фашистской организации “Патриоты Витебска”, которая борется с существующим режимом, и все убийства вокруг Витебска – дело их рук.
Были проверены почерка практически всего взрослого населения Витебска: изучались заявления в отделах кадров, карточки в паспортных столах и другие документы, а результата все не было.
7 ноября 1985 года возле витебской кольцевой дороги снова обнаружили труп женщины. Во рту жертвы была записка: “За измену – смерть. Борьба с легавыми и коммунистами”. Стало очевидно, что письмо в редакцию и записку написал один и тот же человек. В город на Двине командировали более 100 человек со всех правоохранительных структур БССР и всего Союза, включая Прокуратуру СССР и КГБ СССР. Все пришли к однозначному выводу, что для совершения преступления необходим транспорт. И тогда под самыми разными предлогами милиционеры отобрали более 200 тысяч образцов почерка владельцев частного транспорта и водителей государственных автомобилей Витебска и области.
Все эти бумаги свозились в УВД Витебского облисполкома. Там работали 17 экспертов-почерковедов со всего СССР. Пожалуй, все эксперты наизусть знали все особенности почерка автора письма и записки. Но отобранный милиционерами образец почерка серийного убийцы, проживавшего в Витебской области, попал в руки Михаила Букато. Безусловно, преступник старательно менял свой почерк, но индивидуальные особенности так и бросались в глаза. Михасевича задержали. Он начал давать показания. Ему инкриминировалось 36 убийств, признался он только в 32. Во время обыска у него дома обнаружили вещи жертв. Неизвестно, сколько бы он еще совершил убийств, но увлечение эпистолярным жанром для него оказалось роковым.
|
